Jazz
Bebop
Hard bop
Среди исполнителей джаза не было более загадочной личности, чем Телониус Сфиа Монк, и мало кто умел создавать такую незабываемую музыку…
Выдающийся джазовый
пианист и композитор, один из родоначальников бибопа, Телониус Монк (Thelonious
Sphere Monk) родился в Северной Каролине 10 октября 1917 года, а вырос в
нью-йоркском Вест-Сайде. Подростком, аккомпанируя странствующему
проповеднику-евангелисту, он узнал, что такое госпел. В 1941 году, когда бибоп
только рождался, он стал главным пианистом в клубе «Minton`s Playhouse». Здесь
как нельзя кстати оказался фортепианный стиль, присущий Монку, – экономная
угловатая манера, какие-то скрюченные малонапевные фразы, разрозненная ритмика
и диссонирующие созвучия, которые иногда он вдалбливал в инструмент с упорством
человека, наслаждающегося своими необычными находками. Фортепиано перестало
быть надежной опорой с постоянно слышимой гармонией. Редкие аккорды-всплески
вклинивались в интуитивно ощущаемые паузы у духовых, а иногда накладывались на
виртуозный импровизационный орнамент в совершенно непредсказуемых моментах.
Это был крупный
молчаливый человек, и манера его игры была странная – он использовал пианино,
как барабан. Его пальцы были так растопырены, как будто они вообще не
сгибались. Как правило, пальцы у пианистов изящные и изогнутые, Монк же
растопыривал ладонь и на мгновение замирал, прежде чем нужно было ударить по
клавише. Музыка не лилась сплошным потоком, она состояла из отрывистых звуков,
он словно решал в процессе игры, по какой клавише стукнуть. И попадание всегда
было точным.
Поначалу непосвящённые
слушатели замечали лишь внешние признаки его эксцентричности – Монк очень
странно одевался и, случалось, молчал целыми неделями, не вступая в разговоры
ни с кем. Он извлекал звук из клавиатуры локтями, а иной раз вскакивал из-за
рояля в разгар концерта и в экстазе пускался в пляс. Критики, сбитые с толку
манерами Монка и озадаченные непривычными звуками его музыки, не расслышали в
ней отголосков его любимых исполнителей – мастера гарлемского страйда Джеймса
Пи Джонсона и Дюка Эллингтона, повлиявшего на Монка особенно мощно. Корни его
музыки уходят далеко в блюз и соул. Джазовые журналы, не рассмотрев в игре
пианиста новаторства и новизны, критиковали Монка совершенно не по делу, и это
очень мешало ему работать. А вот коллеги-музыканты Монка очень ценили. Они
полюбили его композиции именно потому, что они были нестандартны, они порождали
конфликтность. Каждый музыкант, импровизирующий на темы Монка, становился их
заложником и по-своему преодолевал их очевидные сложности – огромные
интервальные скачки, частые модуляции, сдвиги на слабых долях.
Монк редко играл чужие
сочинения, объясняя это тем, что нужно создавать спрос на свои собственные.
Прошли годы, и многие его мелодии вошли в золотой фонд джаза. Уже в
шестидесятые годы темы Монка стали исключительно популярными среди джазменов
новой волны. Среди них выделяются асимметрично-блюзовые «Straight No Chaser»,
«Blue Monk», медленные темы «Misterioso», «Monk's Dream», «Ruby, My Dear» или
шлягероподобные (но с обязательной ритмической и гармонической изюминкой) «I
Mean You», «Rhythm-a-ning».
В 1951 году полиция
обыскала припаркованный автомобиль, в котором сидел Монк с пианистом Бадом
Пауэллом и нашла наркотики. Они принадлежали Пауэллу, но Монк отказался дать
показания против своего друга. Из-за этого он лишился лицензии на выступления в
кабаре – теперь он не мог играть ни в одном нью-йоркском клубе, где продавали
спиртное. Можно сказать, что его травили с двух сторон, – полиция и критики. И
хотя его очень ценили музыканты, это не помогло.
Монку и в голову не
пришло уехать из Нью-Йорка, не стал он искать и другую работу. 6 долгих лет он
провёл в своей тесной квартире, склонившись над клавиатурой, целиком отдавшись
своему наваждению – сочинению музыки. В конце концов фирма «Риверсайд-рекордс»
выпустила альбом его композиций в авторском исполнении, и на сей раз джазовые
журналы отозвались восторженными рецензиями.
Когда Монку наконец-то
вернули лицензию, он обосновался со своим квартетом в Ист-Виллидже, в клубе
«Five spot», и народ повалил туда толпами, чтобы послушать человека, которого
когда-то честили критики. Музыканты стояли в баре шеренгами, в клубе царило
всеобщее возбуждение, никто не понимал, что происходит, было ясно лишь одно –
больше такое не повторится, и ты будешь вспоминать об этом всю оставшуюся
жизнь.
Монк ничуть не
изменился: он то надолго умолкал, то начинал танцевать на эстраде, как и
раньше, он играл настолько прихотливо, что сбивал с толку своих же партнёров.
По словам одного из них – им казалось, что они падают в шахту лифта. Но главное
было в том, что после 15 лет безвестности и отказа идти на компромисс с самим
собой Телониусу Монку наконец-то воздали почести как одному из гигантов джаза.
Этот человек походил и
на премудрого старца, и на пятилетнего мальчугана. А ещё это был музыкальный ум
высшего порядка – по части организации, логики, математически точного расчёта.
Из всех музыкантов, игравших бибоп, а если хотите, из всех джазовых музыкантов
вообще, Монк в своих сольных партиях наиболее логичен. Он дарит тебе тему и тут
же отбирает, создаёт пустоты, поворачивает другой гранью, возвращается, и всё
что он делает, он делает исключительно красиво и чисто. А ещё этот великий
композитор питал пристрастие к смешным шляпам (он постоянно носил разные
головные уборы, которые собирал по всему свету: лыжные шапочки, ковбойские
шляпы, шапки из шкуры кенгуру, баварские охотничьи шляпы, бутафорские короны и
кипы. Но в историю вошёл в любимой чёрной шёлковой шапочке с красным помпоном
из Индонезии).
Неординарность музыки
и неординарность поведения были его сутью. Телониус Монк сотрудничал со всеми и
в то же время мог ни с кем не сотрудничать. Он был в современном джазе сам по
себе. Грустным и молчаливым одиночкой. Он знал себе цену и никогда не отступал
от того, что считал для себя художественно важным. Но он не любил делиться
своими мыслями и идеями. Когда Джон Колтрейн однажды спросил его о чем-то, Монк
сел за рояль и ответил музыкой. Музыка была его единственной страстью, это был
его язык общения с окружающим миром.
Ландыш Рифовна
Stunt
Goes Thelonious Monk (2015)
1. Scott
Hamilton & Jesper Thilo - Blue Monk (09:22)
2. Kenny
Werner & Jens Sondergaard - Round Midnight (06:13)
3. Claus
Waidtlow Quartet - Evidence (05:48)
4. Per
Henrik Wallin Trio - Little Rootie Tootie (04:13)
5. Erik Orum Von Spreckelsen Quartet - I
Mean You (07:42)
6. Peter Fuglsang, Henrik Gunde, Kaspar
Vadsholt & Jeppe Gram - Monk's Mood (05:30)
7.
Kasper Villaume, Chriss Potter, Chris Minh Doky & Ali Jackson - Green
Chimneys (07:45)
8.
Carsten Dahl - Well You Needn't (04:19)
9. Alex
Riel, Mads Vinding, Thomas Clausen, Jesper Thilo & Johnny Griffin -
Rhythm-a-Ning (09:36)
10.
Jakob Dinesen Quartet - Criss Cross (05:26)
11. Jim
McNeely, Lennart Ginman & Adam Nussbaum - Bye Ya (06:46)
12.
Niclas Knudsen - Monk's Mood (06:15)
13. Per
Henrik Wallin Trio - We See (06:09)
14.
Jakob Dinesen Quartet - Work (04:37)
download
(mp3 @320 kbs):


Комментариев нет:
Отправить комментарий