Показаны сообщения с ярлыком 1768. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком 1768. Показать все сообщения

понедельник, 13 мая 2024 г.

«Отважный поляк на Марсовом поле» («Odważny Polak na marsowym polu»). 1768 год.

Среди многочисленных лирических произведений времен Барской конфедерации, сохранившихся в т.н. «szlacheckich sylwach» (рукописные сборники silva rerum – форма старопольской литературы), особого внимания заслуживает песня «Отважный поляк на Марсовом поле» («Odważny Polak na marsowym polu»). Эта, как сказал Адам Мицкевич «чисто рыцарская песня», одна из немногих, чья мелодия сохранилась до наших дней и которая считается самым представительным и известным музыкальным произведением времен Барской конфедерации. По мнению выдающегося исследователя польской патриотической лирики Дионисии Вавжиковской-Верчёховской, именно «Odważny Polak na marsowym polu» служил государственным гимном барским повстанцам, став достойным предшественником «Мазурки Домбровского» («Mazurka Dąbrowskiego»). Стоит заметить, что автор текста «Мазурки» Юзеф Выбицкий, будучи 21-летним юношей, воевал в рядах Барской конфедерации.
«Odważny Polak na marsowym polu» - Яцек Ковальский и ансамбль «Monogramista JK».
Текст этой прекрасной песни, сохранившийся, как уже было сказано, в многочисленных рукописных источниках тех времен, прекрасно отражает мистический характер Конфедерации - воинственная, «тиртейская» песня является также религиозным произведением. Конфедераты, сражаясь за католическую веру и суверенитет Речи Посполитой, считали себя наследниками традиций «поляков, как католических рыцарей, защитников христианства и Пресвятой Богородицы», прямыми потомками и продолжателями традиций героев Ясной Гуры, Варки, Хотина и Вены. Именно дух польского патриотизма, укоренившийся в сознании конфедератов, прославлялся в песне, определяя мотивы и цели борьбы за веру и свободу, берущие своё начало в средневековой традиции крестовых походов. Сравните - «Я вышел на площадь по божьему повелению» с девизом крестоносцев «Deus le volt!» - «Так хочет Бог!». Славная смерть за веру и свободу («За свободу я умру, но не предам свою веру») не означала конец жизни или борьбы героя («На марше я останусь, хоть и паду замертво»), что издавна является традиционно популярным в рыцарской литературе мотивом помощи духов павших рыцарей живым товарищам по оружию.